Александр ИВАНЧЕНКО,
Председатель Совета директоров
Независимого института выборов
ГРАЖДАНИН И ГОСУДАРСТВО:
К НОВЫМ ПРИНЦИПАМ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ
Приближающийся экватор
пребывания Владимира Путина в должности
Президента России дает повод для
размышлений о сути, темпах и качестве
преобразований российского государства и
общества.
Первое, о чем нужно
говорить, – о серьезной потере темпов
проведения демократических реформ.
В 1996 г., когда сразу
после выборов Борис Ельцин слег на
операцию, его оппонентам и сторонникам
стало ясно, что ни темпа, ни реформ не будет.
Поэтому именно с приходом нового –
молодого, энергичного – Президента у
россиян появилась надежда на
осуществление комплекса экономических,
социальных и политических преобразований.
Однако сегодня вместо эффективной работы
чиновники обсуждают проблемы изменения
Конституции, увеличения срока
президентских полномочий или, того лучше,
отдаления или приближения даты выборов
депутатов Государственной Думы.
Суетливость и
угодничество нынешней бюрократии перед В.Путиным
легко объяснимы. “Туркменский”, по
выражению В.Рыжкова, рейтинг главы
государства по-прежнему является
рейтингом надежды, веры россиян в то, что
Россия встанет в ряд передовых стран.
Однако, надеясь на это, люди доверяют
только себе и пока еще главе государства,
но вовсе не институтам власти, которые
имеют крайне низкую поддержку рядовых
граждан. И в этом я вижу закономерность.
После ухода коммунистов
людям долго объясняли: чем больше будет
богатых, тем богаче будет страна. Сегодня
есть богатые, есть даже олигархи, витрины в
городах завалены товарами, но их не на что
покупать большинству граждан. Люди
почувствовали себя отторгнутыми от своей
собственной страны, от ее земли, недр,
предприятий и, наконец, от власти, которую
давно уже выбирают без них.
Положение дел таково,
что наступивший год должен стать годом
серьезных политических решений. Но
принимать их придется уже не на волне
благополучной конъюнктуры, а в условиях
реального ухудшения дел в экономике.
Есть два основных пути.
Первый – это возврат к административно-командной
модели управления страной. Для этого у нас
есть все: и опыт, и кадры, и инерция
силового мышления. Но это путь в прошлое, а
точнее – в никуда.
Другой путь связан с
выработкой новой концепции
государственного развития, в основе
которого лежат усиление ответственности
власти перед гражданами, стимулирование
активного участия населения в
формировании властных структур и
постоянный контроль граждан, общества за
их деятельностью. Если угодно, это –
разработка новой модели российской
демократии, основными субъектами которой
являются граждане, а структуры власти
полностью подотчетны населению. Демократия
гражданского политического участия –
это наш вызов коммунистической или
корпоративной демократии, которая
отторгает граждан от политики.
Авторитарная модель
управления страной сформировалась при
монопольном господстве КПСС. Однако уже в
конце 80-х и начале 90-х годов прошлого
столетия она привела страну к распаду.
Следующее десятилетие ознаменовалось
поиском моделей демократического
развития России. Однако за это время мы не
создали надежной демократической
конструкции, способной противостоять
монополизму, диктатуре и олигархии.
Значительная часть
политических сил в России и, в первую
очередь, левые по-прежнему исповедуют
идеалы классовой демократии, хотя от
времен Парижской коммуны нас отделяют уже
более двухсот лет. Новые олигархи,
командующие преимущественно в сырьевых и
топливных отраслях, по существу
возрождают монополию в экономике и
политике с помощью новой “партии власти”.
Обе эти группы не заинтересованы в
воспитании демократически
ориентированных граждан. Старые
коммунисты и новые олигархи напрямую
лоббируют свои интересы в судебной,
представительной и исполнительной ветвях
власти. Появились целые корпорации
лоббистов: промышленники, предприниматели,
нефтяники. Они напрямую идут к Президенту,
заключают соглашения с депутатскими
фракциями.
У нас давно уже
свободное перемещение товаров, услуг,
финансовых ресурсов, частная,
государственная, муниципальная
собственность – чистой воды капитализм.
Но тогда власть должна честно сказать
своим гражданам, что вот уже десять лет мы
живем по мировым законам не только
экономического, но и политического
развития. Если олигархи пришли в политику,
то государство должно выполнять
преимущественно социальные,
правозащитные функции. У нас же во
взаимоотношениях бизнеса и власти полная
неразбериха. Наиболее полно она видна на
примере средств массовой информации. Одни
называют историю с шестым каналом
телевидения переделом собственности,
другие – переструктурированием
экономики. На самом деле это –
государственное лоббирование интересов
олигархов и полное игнорирование
интересов граждан. И здесь мы опять учимся
на собственных ошибках.
Между тем опыт других
стран показывает, что развитие
капитализма объективно ведет к олигархии.
Не миновала сия участь и Россию. У нас это
нечто еще более далекое от народовластия,
что-то среднее между старой
коммунистической и корпоративной
моделями. Это не контролируемая народом, а
авторитарно управляемая демократия. Здесь
нужно всерьез задуматься, как бы этот
симбиоз ужа и ежа не превратился в колючую
проволоку. Такое предостережение уже
высказывал известный политолог В.Третьяков,
напоминая, что “одна из разновидностей
корпоративного государства носит
неприятное название “фашизм”.
Испытание
коммунистической, корпоративной
демократией Европа уже давно прошла. Во
всех цивилизованных странах существует
запрет на деятельность крайне правых и
левых экстремистских политических
объединений. В первую очередь, запрещена
деятельность фашистских и профашистских
организаций. Например, в Португалии
организация признается фашистской, если
она “открыто придерживается, защищает,
стремится распространять и действительно
распространяет
